В одной из серий “Южного парка”, когда у них отвалился интернет прозвучала фраза, кстати центровая на всю серию: “Когда смотришь как две японки блюют друг другу в рот “Плей бой” уже не катит..”
Японская порнуха богата до извращений, да и во всей японской культуре чувствуется пресыщенность и самодостаточность. Все что я думаю о Японии и японской культуре, как нибудь в другой раз, но ролик прикольный, не отнять.
Мохенджо Даро – город в современном Пакистане упоминается в “Махабхарате” в связи с одним интересным событием.
Позволю себе привести отрывок из Махабхараты в весьма вольном переводе:
Белого горячего дыма, что было в тысячу раз ярче, чем солнце взошло в бесконечную яркость и сгорел город дотла.
Вода закипела … лошадей и колесниц войны были сожжены тысячи..
Трупы павших были изуродованы от страшной жары, чтобы они не выглядели как человеческие существа …
В далеком 1979 году Лорд Дэвид Уильям Дэвенпорт написал монографию по вопросу удивительных находок в Мохенджо Даро.
В мае 2009 года в адрес ЛАИ пришло письмо от Алексея Голубева, приславшего фотографии находки, обнаруженной его знакомым – Кузнецовым Владимиром Михайловичем – в деревне Сараксеево Серпуховского района Московской области. Речь идет о камне, который первоначально пытались использовать в качестве обычного строительного материала. Камень был очень большим и никак не помещался в кладку. Пришлось его расколоть. А когда обнаружилось внутреннее содержимое камня, вопрос о его установке в кладку отпал сам собой…
Однажды товарищ Сталин обкакался. Обосрался полностью. Нет, обосрался не в смысле просрал начало войны с Германией, а обосрался физически. Говном обосрался.
А было это так.
В августе 1943, тогда еще всего лишь маршал Советского Союза товарищ Сталин отправился, как он изволил выразится, “на фронт”.
До фронта он не доехал, а остановился от него в 200 км, под Ржевом. Никто не знает, зачем поехал Верховный Главнокомандующий под Ржев.
Может быть хотел посмотреть на город, который Красная Армия хотела взять за сутки, а брала 14 месяцев, может быть для того, чтобы похвастаться перед Рузвельтом и Черчиллем, не знаю.
Однажды товарищ Сталин обкакался. Обосрался полностью. Нет, обосрался не в смысле 